Разное / Искусство /

Здание казначейства в Гудзоне

Дата публикации: 07.05.10
«У меня есть новая великолепная идея по строительству домов, так как я вернулся из-за границы» – Фредерик Эдвин Черч.
 
На холме, возвышающемся над рекой Гудзон в Нью-Йорке и под тенью гор Кетскилл, стоит Олана - дом, построенный в 19 веке самым выдающимся американским художником Фредериком Эдвином Черчем.

Взгляд посетителей, знакомых с востоковедением, охватывает дизайн  и воздействие трехмесячного путешествия на Черча в Диван в 1868 г.

В результате состязания между внимательными исследованиями Черча и его личного художественного изобретения Олана появилась в качестве достопримечательности в ближневосточном стиле в Новом Свете.

Название «Олана» происходит от географии Страбо, в котором греческий историк назвал так укрепленную сокровищницу на берегу реки Аракс, берущую свои истоки в Турции и впадающую в Каспийское море (сегодня река известна как Арас).

В заметках Черча ничто не указывает, почему он выбрал именно это название, но без сомнения, это место оживляло конкретные фантазии, как Черча, так и его жены Изабелл.

Она написала об особенно впечатляющих моментах, которые они провели в горах Ливана: «мы подошли  к дому, который выглядел как здание в Тысяча и одной ночи… Очаровательное место было окружено самой красивой зеленью, …перед глазами мелькали река и горы.» Вполне возможно, что она описывала Олану.

Во время своего путешествия Черчу удалось побывать в Александрии, Бейруте, Дамаске, Иерусалиме, в Петре и Балбеке. Единственное, о чем он сильно жалел, это было то, что ему не довелось посетить пирамиды Гизы во время путешествия с Изабеллой и маленьким сыном Фредериком-младшим с декабря 1867 по февраль 1868 г.

Отправившись в путешествие, они попытались отвлечься от горя, которое постигло их после смерти двух старших детей Черча. Помимо этого, как для художника, для него это была возможность отдалиться на какое-то время от предрассудков и свойственной тому времени американской дикости.

Впервые имя Черча стало известным после успеха в 1850 г, когда он нарисовал картины огромного размера, такие как «Ниагара» и «Сердце Андов», которые так подробно раскрывали сущность живой природы, что посетители большими толпами стремились увидеть их.

Теория Дарвина об эволюции добавила в научные термины эмоции. Как пишет поэт и критик искусства Джон Ашбери: «Большое зрелище, которое вдохновляло Черча и его коллег в мирные дни, когда природа все еще рассматривалась в качестве послания надежды от Бога».

Для такого глубоко религиозного человека, как Черч, святая земля представляла нечто противоположное природе, это было место неизменных традиций и твердой веры. Именно там Черч был потрясен стратиграфией человеческого существования.

Это было местом, где присутствие человека замечалось повсюду. Недавно открытые оценки пейзажа, выполненного человеком, подсказывали темы для его последующих картин. Эти пейзажи в основном состояли из классических руин и других древних поселений.

Одной из таких картин является «Сокровищница» в Петре, названная «Эл Хасне», «которая по сей день висит над камином гостиной в Олане – единственная работа, которую он никогда не продал».

Перед отправлением в путешествие Черч просмотрел дизайн французского особняка, условно разработанного нью-йоркским архитектором. Но на Ближнем Востоке он приобрел более чем философическую оценку античности.

Он также извлек больше практических уроков, узнал о домашней эстетике и о том, как создавать удобства дома. После возвращения он отказался от особняка и занялся планированием нового дома, который отражал бы его новое мышление. Основной корпус Оланы был завершен в 1872 г., а в 1888 г. была добавлена пристройка.

Внимательное чтение дорожного дневника жены и популярных ближневосточных книг - образцов того времени -  помогают посетителю Оланы с точностью увидеть, как был осуществлен выбор дизайна Черча и откуда он произошел.

Например, он выбрал внутренние цвета для того, чтобы потолок походил на потолки в дамасских домах. В то же время были использованы масонские мотивы, которые он нашел среди книг в своей библиотеке. Эти мотивы, в свою очередь, были копированы из других известных изданий.

Меблировка и ковры, которые беспорядочно располагались дома, напоминали лагеря в пустыне. «Я была в восторге от жизни в палатке» - пишет его жена. Скорее всего, это отражало и чувства Черча.

Он построил дугообразные проезжие части дороги. Для создания вида воды и гор, которые бы напоминали пейзаж на берегу реки Барада, текущей с Ливанских гор. Он отправил домой из Сирии трех белых ослов, которые тянули повозки, и это служит очередным подтверждением того, что он пытался оживить в памяти воспоминания тех дней.

Черч был очень скромным в определении источников, вдохновивших его на строительство Оланы. В письме к своему другу он написал: «Я использовал архитектуру  Персии, где не был ни и я, ни мои друзья. И я обязан представить персидскую архитектуру для того, чтобы изложить это на бумаге». В другом месте он пишет: «Я придумал это сам».

Но Холи Эдвардс, руководитель недавней выставки по американскому востоковедению в  Институте Искусства Карк в Вильямстоуне, штат Массачусетс, поправляет это преуменьшение, написав в каталоге выставки, что это скромное описание подчеркивает уникальный образ Оланы, но, в то же время, раскрывает скудное изучение и экстенсивное путешествие, которое предшествовало его строительству.

Визит в этот необычный дом оставляет сомнение, что настоящий и воображенный Восток был важным регионом в империи Черча. Холи Эдвардс назвала Черча значимой личностью среди американских востоковедов, так как в его картинах нет естественных ближневосточных мотивов, также как и мотивов дизайна и декорации.

Черч заручился технической поддержкой Кальверт Во, дизайнера центрального парка Нью-Йорка для размещения своего архитектурного плана на бумаге, но применил множество вариантов дизайна при нанесении узоров на стены Оланы.

Также разноцветный масонский стиль, архитектурные деревянные изделия и даже декоративную каллиграфию, правильность которой он мог проверить в арабских и персидских словарях, находившихся в его библиотеке.

Перед  работой над планированием Оланы он перевел планы традиционного дамасского дома с центральным внутренним двором и сияющими комнатами. Он также добавил маврский арочный пролет и внутреннюю беседку перед главным ходом.

Зал у входа назывался дворовым залом. К нему прилегали маленькие комнаты справа и слева, и прямо находилась большая широкая лестница с четырьмя ступенчатыми возвышениями.

«У меня есть новые и великолепные идеи, так как я сейчас заграницей» - написал он своему другу из Бейрута, описывая архитектурный план. Его план по возведению купола над дворовым залом не осуществился, но он вместо этого решил покрасить его в голубой цвет для олицетворения неба.

«На Ближнем Востоке Черч выучил домашнюю эстетику, то есть, как создавать домашние удобства» - пишет Изабелл Черч. В своем дневнике Изабелл выразила восхищение «скрытого внутреннего изящества, которое представало после прохождения через главный ход.

Внутренняя часть дамасских домов, - пишет она – находится в огромном контрасте с внешней частью. Вход в такие дома через низкую и узкую дверь. Даже мне пришлось наклониться, чтобы пройти.

Затем, пройдя через двор, ты оказываешься в огромном дворе, выстланном мрамором. Белая мозаика с цветным мрамором, фонтаны, окруженные цветами, апельсиновые и лимонные деревья, которые создают приятную тень и от них исходит аромат.

С одной стороны комната полностью открыта с возвышенностью для дивана. К этому двору прилегают украшенные маленькие комнатки.

Комнаты Оланы украшены разноцветными узорами, металлическими  рисунками, пастелью, которые отражаются в зеркальных потолках комнаты, покрашенной в мягкие тона, напоминающие скалы в Петре, которые произвели такое впечатление на Черча.

«Все комнаты имеют зеркала на стенах и потолке» - пишет Изабелл из Дамаска, «великолепно украшенные зеркала повсюду. Деревянные изделия, украшенные мозаикой из слоновой кости и перламутровой раковиной. Ночью, когда зажигаешь свечу, перед тобой предстает сказочный вид».

О плавном переходе солнечного света на песчанике Черч написал в своих заметках по визиту в Петру. Надгробные плиты были вырезаны из этого оранжево-красного камня, покрытого волнистой тенью. Иногда камень принимает приятный оттенок. Я никогда не видел что-либо красивое, связанное с камнями.

25 февраля в сокровищнице Петры он написал: «Этот чудесный храм делится на огромные обрывы и имеет черный цвет с оливковым оттенком.
 
Недавно выставленный камень обладает красивым красноватым цветом лососины, неверно названный розовым некоторыми путешественниками. Его так чудесно видеть столь прекрасным и светящимся, сверкающим сквозь черные ужасные скалы…»

Повторяющийся цвет меняется в эскизах Черча для трафаретов, которые позже использовались в Олане -  розовато-лиловые, оливковые. Он работал очень кропотливо над созданием камня Петры на стенах Оланы.

Спустя шесть лет после его путешествия, он дословно пытался передать увиденное им в Петре. Черч был также первым американским коллекционером сафавитской гончарной работы, выполненной керамиком Али Муххамадом аль-Исфахани, который работал в Тегеране с 1870 по 1880 г.

Американский друг Черча Випл, американский миссионер, находившийся в Тапризе, послал в Олану два обрамления для камина, выполненных по эскизам художника аль-Исфахани, фигурные плитки, несколько ваз.

В коллекции Черча насчитывалось около 2500 тысяч снимков, сделанных или купленных во время путешествия по Ближнему Востоку. Среди них есть фотография Черча с сыном на верблюде.

Около семидесяти архитектурных изображений палестинского фонда исследований и работы Хуана Лоурента по дизайну из Альгамбры.

В библиотеке Оланы также можно было найти стандартную востоковедческую литературу того времени: книга Вашингтона Ирвина «Жизнь Пророка Мухаммада (да благославит его Аллах и привнтствует)», рубаи Омара Хайяма, написанные Эдвардом Фицджеральдом, «Шахнаме» Фирдауси, «1000 и 1 ночь» Ричарда Бертона, а также справочники и монография по персидскому искусству, индийской архитектуре и арабской топографии.

Одними из самых ярких ближневосточных элементов является арабская каллиграфия над входной дверью (которая читалась как «Мархаба», то есть «Добро пожаловать»). Черч был впечатлен стихом в 39 псалме Библии - «в то время как размышлял, горел огонь»,  и он попросил Випла сделать перевод на арабский. Затем текст на арабском был написан над камином в гостевой комнате.

После возвращения из Леванта Черч прожил еще 30 лет. Он путешествовал по Мексике и создавал картины в Нью-Йорке, но постепенно его популярность и здоровье угасали. Вкусы в искусстве менялись быстро, с появлением Барбизонской школы живописи, большие картины, которыми занимался Черч, начали терять популярность.

С очевидной ностальгией Черч писал в письме другу: "За исключением Сирии, думаю, я никогда с особым пристрастием не захочу посетить Старый Свет».

После смерти Черча в 1900, его сын Луис занялся управлением Оланы. Когда невестка Луиса умерла в 1965 г., Олана была продана на аукционе, а предметы, находившиеся там, исчезли.
Архитектурные защитниками отмечают, что они в  неповрежденном виде перешли в  государственную собственность.
 
Сегодня это  государственный исторический объект, открытый для общественности под покровительством администрации штата Нью-Йорк.

 В отличие от других больших домов в восточном стиле в Соединенных Штатах, Плантация Лонгвуд (незавершенная) в Начез, Миссисипи, особняк Барнума "Иранистан" в Бриджпорте, Коннектикут (сгорел в результате пожара), и уникального Шангри-ла Дориса Дьюкав Гонолулу, эстетическое четком происхождении Оланы связано с настоящими источниками и реальными местами.

 При помощи дневника Изабелл с одной стороны и ближневосточных книг Черча  с другой, посетитель дома сегодня может попасть по их следам в Левант и понять, что для них этот дом  действительно был сокровищем, поскольку Черч назвал это место  "центром мира."
 
Перевод Islamonline.ru
Похожие статьи
 

  Комментарии   

# Billydex
2017-05-27 03:07 wh0cd7738004 Viagra
# Billydex
2017-07-18 16:09 wh0cd733858 Sildenafil Citrate Pills Citalopram HBR

Имя:

Текст сообщения:

Защитный код
Обновить

56.6261
+0.0369
69.2650
-0.1303

Как вы думаете, кому выгодна дестабилизация в Йемене?
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Баннер